Саломея

В годы войны в городе Елабуга произошёл один очень странный случай, вошедший в историю. К конвою немецких военнопленных подошла пожилая женщина и положила в руку одному из них картофелину. Потом этот самый немец по имени Отто Рюле написал книгу «Исцеление в Елабуге», в которой описал свою жизнь в плену и крах национал-социализма. Сегодня же немцы немного другие: хоть сейчас любого в садо-мазо-гей-клуб, в наручники да шурупы, да хлыстом по яйцам. Днём он, понимаете ли, работает в телекоммуникационной компании, а вечером вот как-то так. Или, в летнем варианте, — обгорелое тело с бокалом пива и газетой Bild. Кино и немцы.

Когда-то давным-давно мы с соседом по даче купались в озере, вместе катались на великах, играли в войнушку и прятки, вместе обижали соседских девочек. Обжигали их крапивой, кидали репей в волосы, засовывали лягушек под платье, всячески доводили до слёз, дёргали за волосы, кидались песком, отбирали игрушки. Я-то особо не зверствовал, а вот товарищ мой чувства меры вообще не знал — кидался камнями, толкал с велосипеда, топил в пруду и тому подобное. Что интересно, мне тогда было примерно лет пять. Ему — пятьдесят три.

Некто с другой планеты смотрел через телескоп на небо, на котором видны исчезнувшие города. В Эль Пасо у самой границы с Мексикой все говорят на испанском, а не на английском, едят стейки, посыпанные перцем, запивают это водой со льдом и носят кларки и докерсы. А в Китае — такое напряжённое движение на улицах, что если машина сбивает человека, то она не останавливается, просто считается, что не повезло. Не принято останавливаться. Во времена культурной революции там вообще всё просто было: палкой с гвоздём бьют по затылку, чтобы патронов не тратить. Возможно, вы видели эту знаменитую фотографию — атака самолёта-камикадзе на линкор Миссури в 45-м году — сколько энергии в ней! В Норвегии самые красивые люди-викинги. Нью-Йорк: шум жёлтых такси и Джордж Гершвин в позолоченных лифтах огромных гостиниц. И города и люди бывают настолько разные, что в голове не укладывается. И, да, все люди братья: кто-то Каин, кто-то — Авель. Люди бывают настолько разные, что в голове таки не укладывается. Салман Рушди, считающий, что какие-то главы корана Мохамеду нашептал сатана. Или лётчик Фёдор Полетаев, впервые совершивший наземный таран. Или авиадиспетчер, по вине которого, как считают, в 1979 году разбился самолёт с командой Пахтакор, летевшей на матч с уродливым дотационным детищем Минугольпрома СССР — командой донецкий Шахтёр. Лично мне было бы тяжело жить где-то кроме России из-за её легкодоступных девушек, любимого мной русского языка и пьяных зимних ночей у помоек Китай-города. Хотя, конечно, из-за девушек, скорее всего. Что может быть прекраснее? Тверь, Архангельск — жить бы там, да горя не знать. Да и просто горя не знать — уже хорошо.

Здесь могла бы быть Ваша … могила.

Между внешностью человека и его сексуальной активностью связи, строго говоря, практически нет. Хотя про некоторых и говорят, типа, «кто ж такому даст». Ну, что значит «кто ж такому даст?». Есть же девушки, считающие, что проще дать, чем объяснять, почему нет. Моё умение находить как раз таких девушек принесло мне славу ловеласа и урода-любовника. Не в обиду будет сказано, если позволите. В жизни каждого мужчины есть одна женщина, которую он не может забыть пять лет, десять лет, тридцать лет. Та женщина, которую он ждал всю жизнь, а потом потерял и неустанно просил небеса дать ему ещё один шанс, чтобы всё сделать правильно и не отпустить своё счастье, которое, что важно, приходит незаметно. Дураку на счастье. Иногда воспоминания находят и не отпускают, хотят чего-то, наверное. Я к ней в юные годы приходил, как теперь говорят, «винду устанавливать». А сначала, помню, всё время в кино звал. Ну, что значит «звал в кино» — кино я и сам посмотреть могу, что греха таить. И всё было: чай из тонких фарфоровых чашек, воскресный рынок при общине староверов на Преображенке, гром и молния, когда можно залезать под толстое одеяло с головой, дождь по жестяной крыше, всякие страшилки-поверья, каштаны, мокрые цветы, волосы. Закрыв глаза, я повторяю твоё прекрасное имя, оставшееся в моей памяти, осевшее в этих улицах, деревьях и запахах. Ох, горе ты моё, горе.

Моё второе YOU.

Однажды я пересматривал свой порноархив и одновременно слал смски разным девушкам, типа, как дела, чего делаешь и так далее. Одна мне отвечает: «Играю с котёнком, а ты?» А я написал, что тоже играю с котёнком. С розовой пантерой играю! Ужалил ловко, в общем. Ну да, чего стыдиться? Чего мне от людей скрывать? Я в четырнадцать лет по десять абортов не делал!

Музыка — это такая вещь, которая лежит вне времени. Бах написал свои произведения в семнадцатом веке, а спустя четыре столетия они всё равно вызывают мурашки по коже. Или, с другой стороны: когда ты прикасаешься к инструменту, тебе всегда восемнадцать лет. И не важно, сколько на самом деле. Пока ты с музыкой, ты — вне времени и всегда молод. Молодёжь — вечером не найдёшь, утром не добудишься, как говорит моя бабушка.

Когда человечество окончательно погрязнет в разврате, грязи и генномодифицированных продуктах, когда замкнутся все на свете пищевые цепочки, то типичными картинками нашего общества будут совершенно сюрреалистичные и неприятные современному взору вещи. На берегу озера на туристском стульчике рыбак ловит рыбу, вальяжно размахивая розовым потрескавшимся хвостом. Достаёт из воды и снимает с крючка разных волосатых рыб, картошку с генами селёдки и бабочки-капустницы, крыс с плавниками, мохнатых медуз. Опытным взглядом оценивает их и некоторых надевает обратно уже в качестве наживы. В летнем кафе среди столиков порхает хрупкая официантка с подносом и тонкими перепончатыми крылышками за спиной. Неподалёку мальчик с жабрами на шее привязывает жестяную банку к хвосту чешуйчатой собаки. Бессердечный, злой мальчишка! Как ты можешь мучать этих несчастных генномодифицированных животных!

На сайтах знакомств в графе «цель знакомства» есть такая опция: «секс на один-два раза». Действительно, помню себя в семнадцать лет: раз-два и всё.

Заплутали мишки. Сейчас ещё про медведей будет. Ещё про медведей: было медведям видение: большая медведица с неба помахала им ковшом. Непросто в двадцать первом веке быть молодым человеком, который чисто органически любит музыку и фильмы 60-х годов, боготворит фортепиано и сидит один, как на якорнице, пьёт коньяк и сочиняет вот эти вот тексты. Исус, что ты об этом думаешь? В девятнадцать лет, а именно тогда я начал выпускать из головы свои мысли искать новых хозяев, мне казалось, что мне есть чего сказать. Сейчас же я понимаю, что не могу писать столь красиво, как Катя Бореалис или Vivos Voca. А то ведь так и строчил пулемётчик за синий платочек, за благосклонные отзывы, злачными пажитями к водам тихим, чтобы выровнять внешнее и внутреннее давление. Сублимировал либидо в деструктивные недолитературные опусы и плагиаты. Ну конечно, плагиаты: повторюшка — дядя Хрюшка, всё помойку облизал, а спасибо не сказал. Thank you for allowing me to serve you today. Что-то сигарета гаснет, regards.

написать письмо